Валентиновская модельная библиотека
Контакты
Телефоны
+7 (347-74) 2-96-09 Главный библиотекарь - Горшенина Любовь Ивановна +7 9273383633
Прочие контакты
Факт. адрес
453037, с. Валентиновка ул. Советская,57 СДК
Юридический адрес
453037, с. Валентиновка ул. Советская,57 СДК

Режим работы:

Ежедневно 9.00 -17.42

Перерыв: 13.00 — 14.30

Выходной: воскресенье, понедельник

День поэзии

Творчество наших читателей

МОСКВИЧКА

***
1.
Под небом лазурным,
Где строят чертоги
Лишь пчелы да рыжие муровьи —
Дремал пышный луг
За грунтовой дорогой
В жужжаньи шмелей
У высокой травы.

Лаская природы
Незримое ухо
Под  шелест листвы и под стрекот цикад,
Летала над лугом
Обычная Муха,
Внося в общий сонм
Идиллический вклад.

Дышала природа
Неистовым зноем —
Ни тени, ни капли, ни ветерка…
Хотя за посёлком, так Мухе знакомом,
Лениво клубились вдали  облака.

…Вдруг шум, и откуда-то
Из-за бугОра
Явилось пред Мухой почти НЛО!
Хруст, дым коромыслом, рычанье мотора,
И плавно окна опустилось стекло…

Оттуда рука
Показалась мужская,
На землю горящий окурок упал.
И Муха, надежду не отпуская,
Решила в мгновенье:
Окошко — портал!

Кульбит, пируэт,
Выпад сальто-мортале —
Окошко закрылось у ней за спиной.
И вот уже Муха в «Порше», как в портале
Летит, не летя, в мир волшебный, иной…

2.

Но вот первый шок
Отпустил постепенно,
И Муха смогла оглядеться кругом:
Всё было волшебно,
Элитно , степенно
Прохладно и тихо, как  сказочной сон:

Приятно тянул
Холодок из кондея,
В колонках —  негромко классический джаз.
Весь образ салона, как мир, как идея —
Безоговорочно Муху потряс!

Скользя по изысканной
Коже сидений,
По зеркалу  и лобовому стеклу —
Ей грезился рай,
Что сулил добрый Гений,
Стремительный взмах
Подаривший  крылу!

…И мчалась машина,
Лаская дорогу,
Натянута туго шоссе тетева.
Все в прошлом: сомнения,
Стресс и тревога.
А впереди —
Ну, конечно  —  Москва!

…Вдали  померещились
Шпили высоток,
Раскрыли объятья  мосты над рекой,
Здесь окна домов,
Как пчелиные соты —
Ах, нет, этот мир совершенно другой!

Беспечно летят
Дорогие витрины,
Неоном сверкает рекламный фасад —
И нет ни одной,
Ни единой причины,
Чтоб ей, бедалаге, вернуться назад!

3.
Но вдруг кардинально
Сменилась картинка:
Машина свернула куда-то во двор.
На место переднее
Села блондинка,
По телефону ведя разговор.

Она равнодушно
Открыла окошко,
Все также свои обсуждая дела.
Брезгливо взмахнула
На Муху ладошкой —
И вот уже Муха не там, где была!

Пахнуло бензином,
Гудроном, резиной,
Завыла сирена, бабахнул салют,
Включились  витрины ночных магазинов,
Прощай — Подмосковье,
Столице — салют!

3.

…Тверская сверкала,
Шумела Таганка,
Звала и манила прекрасная даль.
Но вскоре иллюзии провинциалки
Жестоко разбились,
Как чешский хрусталь!

В потоках движений
автомобилей
Бедняжка старалась нелепо кружить —
Почти что помяли, почти раздавали,
Но хочется  верить,
И хочется  жить!

Врубился сигнал
Аварийной машины,
Проезд перекрыли, и это капец!
(В связи с перевозкой какой-то  турбины
С какой-то ААЭМ
На какую-то ТЭЦ).

Крушил децибелы
Воинственный рупор,
Драконил асфальт обезумевший бур —
У Мухи апгрейд,  астенический ступор
И диссонанс с модным словом «гламур».

Оглохнув от шума
И прочей движухи,
Летела она, потеряв ориентир.
Застряв в бороде у брутала в косухе,
На байке примчала
В ближайший трактир.

Там байкер себе
Заказал кружку пива,
И Муха, в пучину нырнув с головой,
Наелась, намылась,
И миру, как дива,
Явилась эффектно
Из пены густой!

Нетвердой походкою
Дочь Афродиты,
Предстала «под мухой» — не падай, держись!
А в лампочках бара,
Как в свете софитов,
Вернулась надежда на сладкую жизнь!

4.

Но что-то случилось,
И всё закрутилось,
Поток, темнота, теснота, чей-то крик…
Движение времени
Остановилось ,
Но, слава Небесная,
Только на миг!

Попав на язык,
Но застряв вместо пломбы,
Ее отделял от желудка глоток —
Зубов переходы,
Щелей катокомбы
И байкера смачный плевок в потолок!

И все как в тумане,
В бреду и дурмане,
Сознанье утратило всякую нить.
И жизнь пронеслась
Как на киноэкране
Нет мочи бороться,
И незачем жить!

И вот среди тысячи
Кино-картинок
Над Мухой, как будто ,
нависла плита:
То был чей-то мимо идущий ботинок.
Бегущие титры.
Конец.
Темнота.

5.

…Стучали колеса,
Гремели вагоны
Под тихий гитарный акомпонемент;
Мелькали в окошках
Ветвистые кроны,
Как существа
Из забытых легенд.

И черный ботинок
С рельефной подошвой
Ритмично качался под музыку  в такт,
Не помня, точнее не зная о прошлом ,
Когда у кого-то
Пошло всё не так!

А ночью костра
Золотистые искры
Взлетали и гасли ,  к планетам маня.
Гитара, луна,
Самогонка в канистре,
И сохнут ботинки
Вблизи от огня.

И вот, в этот час
Из-под грубой подошвы,
С дыханьем природы живя в унисон,
Очухалась Муха, согревшись немножко,
Преодолев летаргический сон!

…Июльская ночь,
Тихо роется мышка,
По тонкой травинке ползёт паучок.
В валежнике сладко зевает
топтыжка,
А где-то за речкой стрекочет сверчок.

Вот низко луна
Опустилась над чащей —
Огромная, рыжая, как из кино!
А песня воды,
перекатом журчащим,
С ушастой совой в эту ночь заодно.

…И крылья расправив,
Забыв о прорухе,
Как забываются страшные сны —
Над лугом кружила
Счастливая Муха
В контражуре растущей луны!

28 февраля, 2023,  Одинцово.

—Поздним вечером, скучая,
Шла дорогою домой.
Вдруг на небе, замечаю,
Светит месяц молодой.

Вскинет бровью, мельком взглянет.
Он хитер, остер, лукав…
Он меня с собою тянет
На прогулку за рукав.

Робкий дерзкий и надменный.
На февральский снег сердит.
А костюм на нем отменно
Позолоченный сидит.

Он рожден началом марта,
Тонкий юноша-юнец,
Баловень, любимец фарта
И красавец, наконец.

Мягкий тенор лился светом,
Щеголяя каждый раз
То цитатой, то куплетом,
То остротой дерзких фраз.

То педантом и эстетом
Театрал тот молодой,
То задумчивым поэтом
Представал передо мной.

То запутанным и долгим
Комплементом поражал,
То двусмысленным и колким
Он ответом раздражал.

Вслед за мной перемещался,
Освещая путь домой,
И, замечу, что общался
Ни без радости со мной.

Вдруг смотрю я удивленно,
Что такое? Вот так да! —
К месяцу бесцеремонно
Так и льнет одна звезда!

Все в душе перевернулось:
Боль, обида, стыд и страх…
Я ж, гордячка, захлебнулась
В недозволенных слезах.

Сердце тайной грустью билось,
Не было на мне лица.
Ведь понятно: я влюбилась
В золоченого юнца.

Утонула, укрываясь,
В кашемировом пальто.
И запрыгнула, скрываясь,
В иностранное авто.

Пальцы мерзлые согрела,
Боль свою тая внутри.
Сквозь окошко посмотрела
На дома и фонари.

И, как будто бы случайно,
Взгляд метнула меж светил.
Месяц, грустный и печальный,
Сразу ярче засветил.

А к звезде той повернулся
Гибкой тонкою спиной.
От сугроба оттолкнулся
И помчался вслед за мной.

март 2001 г.
Ирина Сугачкова